Мир пауков | Большие и маленькие пауки

Фаланги отличаются редкостной про­жорливостью и неразборчивостью в еде. Они нападают буквально на все, что движется и с чем они могут справиться. В рацион фа­ланги входят всевозможные жуки, пауки, мокрицы, кузнечики и скорпионы. Они по­едают термитов, прогрызая стенки их проч­ных жилищ. Некоторые виды, которые живут в Калифорнии, прославились, как ра­зорители пчелиных ульев. Крупные сольпуги пошли дальше, они нападают на ящериц, детенышей грызунов и птенцов мелких птиц. Ученые как-то поставили эксперимент для того, чтобы выяснить, насколько прожорлива фаланга. Ее поместили в террариум, куда на­кидали множество всевозможных паучьих деликатесов. Фаланга с радостью наброси­лась на предложенный корм и ела до тех пор, пока… у нее не лопнуло брюхо. Но даже ис­пуская дух, она еще пыталась ухватить хоть кусочек лакомства.

Самое интересное, что на воле эти пауки до смерти никогда не наедаются. Особенно про­жорливы оплодотворенные самки. Во время спаривания самка абсолютна неподвижна, так что порой пауку-самцу приходиться таскать ее за собой, чтобы хоть как-то растормошить «спящую красавицу». Зато как только оплодо­творение совершилось, голодная самка стано­вится очень активной. Фаланга-самец тоже проявляет немалую прыть, удирая от возлюб­ленной, которая не прочь утолить им голод. Некоторое  время  самка активно питается, после чего откладывает яйца в специально вы­рытую воронку. Яиц может быть от 30 до 200 в зависимости от вида фаланги. Через 2-3 не­дели, появляются молодые фаланги. Есть све­дения, что фаланга-мать доставляет своим дет­кам еду, но это пока не доказано. Всего на нашей планете существует 600 видов фаланг. Они распространены практически на всех кон­тинентах, где есть степи, саванны и пустыни. Нет их только в Австралии.

Селятся эрезусы в степях и пустынях, но особенно любят холмистую местность, порос­шую травами и мелким кустарником. Здесь, как правило, на южной стороне холма они роют неглубокую вертикальную норку глуби­ной в пять — семь сантиметров. Изнутри норка обтягивается шелком, а часть шелко­вой обивки выступает и над землей в виде крыши или козырька. От козырька до бли­жайшего куста тянутся крест-накрест сети-силки. Они очень прочные и могут выдер­жать даже крупное и сильное насекомое.

Козырек, кроме того, что укрывает от не­погоды норку, также прячет и паука, кото­рый сидит в засаде у сетей. Когда дичь запу­тается в силках, эрезус выскакивает из-под крыши, хватает незадачливое насекомое за ногу и тащит в нору.

До августа — сентября самцы по окраске ничем не отличаются от невзрачных самок, и, лишь пережив линьку, получают от природы

свой великолепный свадебный наряд. Правда, в этом году он им уже не пригодится, посколь­ку самки в это время наглухо задраивают пау­тиной свои норки до следующей весны. Жени­хи несколько обескуражены таким поворотом дела, но им ничего не остается, как тоже за­лечь в спячку. Зато весной, в апреле — мае, едва придя в себя от зимнего оцепенения, они мчатся к норкам невест, где и прогуливаются весьма интересным шагом, чем-то напоминаю­щим марширование солдата на плацу.

Уже в мае паучихи начинают пеленать 80 желтоватых яичек. Они опутывают их внача­ле шелковой, а потом войлочной паутиной. Для маскировки, чтобы не догадался случай­ный хищник, в паутину вплетаются шкурки убитых жучков, травинки и щепки. По ночам паучиха прячет их в норе, а когда взойдет ла­сковое солнце, выносит и подвешивает под козырьком норки. Так продолжается до сере­дины июня. После этого мать опечатывает вход паутиной, ложится рядом с коконом и умирает. Паучата вылупляются, собираются у мертвого тела матери и пережидают зиму.