Мир пауков | Большие и маленькие пауки

Грациозным строе­нием тела и необычай­но красивой окраской этот паук восхищает всех, даже тех, кто на дух не переносит лю­бых паукообразных. Коллекционеры меч­тают пополнить им свою коллекцию, а большинство арахнологов — ученых, за­нимающихся пауякообразными, считают его самым красивым пауком на планете. Имя этого красав­ца — эрезус. Голово­грудь у него бархат­ная, черная, с алыми полосами на боках. Брюшко тоже алое, с шестью круглыми черными пятнами в белой оторочке. Ноги черные с элегантными белыми кольцами. Ко­роче, красавец мужчи­на! Именно мужчина, поскольку самки име­ют менее  привлека тельный наряд и на фоне ослепительного самца смотрятся в своем однообразно-черном одея­нии, как крестьянки рядом с императором в день коронации.

Эрезус — редкий исчезающий вид. На юге России, в степных зонах, он еще встре­чается, а в некоторых странах уже исчез полностью, как, например, на Британских островах. Последний паук в Великобрита­нии был пойман в 1906 году и был по счету седьмым изловленным экземпляром за пре­дыдущие 90 лет.

Селятся эрезусы в степях и пустынях, но особенно любят холмистую местность, порос­шую травами и мелким кустарником. Здесь, как правило, на южной стороне холма они роют неглубокую вертикальную норку глуби­ной в пять — семь сантиметров. Изнутри норка обтягивается шелком, а часть шелко­вой обивки выступает и над землей в виде крыши или козырька. От козырька до бли­жайшего куста тянутся крест-накрест сети-силки. Они очень прочные и могут выдер­жать даже крупное и сильное насекомое.

Козырек, кроме того, что укрывает от не­погоды норку, также прячет и паука, кото­рый сидит в засаде у сетей. Когда дичь запу­тается в силках, эрезус выскакивает из-под крыши, хватает незадачливое насекомое за ногу и тащит в нору.

До августа — сентября самцы по окраске ничем не отличаются от невзрачных самок, и, лишь пережив линьку, получают от природы

свой великолепный свадебный наряд. Правда, в этом году он им уже не пригодится, посколь­ку самки в это время наглухо задраивают пау­тиной свои норки до следующей весны. Жени­хи несколько обескуражены таким поворотом дела, но им ничего не остается, как тоже за­лечь в спячку. Зато весной, в апреле — мае, едва придя в себя от зимнего оцепенения, они мчатся к норкам невест, где и прогуливаются весьма интересным шагом, чем-то напоминаю­щим марширование солдата на плацу.

Уже в мае паучихи начинают пеленать 80 желтоватых яичек. Они опутывают их внача­ле шелковой, а потом войлочной паутиной. Для маскировки, чтобы не догадался случай­ный хищник, в паутину вплетаются шкурки убитых жучков, травинки и щепки. По ночам паучиха прячет их в норе, а когда взойдет ла­сковое солнце, выносит и подвешивает под козырьком норки. Так продолжается до сере­дины июня. После этого мать опечатывает вход паутиной, ложится рядом с коконом и умирает. Паучата вылупляются, собираются у мертвого тела матери и пережидают зиму.